РАСЫХ

рассказ



Эта история произошла прошлым летом. Солнце пекло так, будто в пустыне, а не в городе, где то и дело снуют поливальные машины, увлажняя воздух, сдобряя его живительными струйками воды. Под палящими лучами светила плавился асфальт, увядала растительность, местами можно было видеть животных вяло плетущихся к кустам в поисках спасительной тени. Люди тоже каждый как мог, пытались укрыться от жары. Hо было прекрасное, несмотря на жару, июльское безоблачное, утро.

Машина, скрипнув тормозами, остановилась. Витек вместе с напарником хлопнув дверцами, вывалились наружу. Страшно хотелось пить, пот градом катил по лицам парней, И Альфред, так звали напарника Витька, пошел за электропроводами для стройки, а Витек встал в конец длиннющей шумной, очереди за газировкой.

Hесмотря ни на что, выстояв в очереди, Витек побрел искать напарника по рынку, вращая головой то вправо, то влево в поисках знакомого лица. И не находя Альфредкиной вечно улыбающейся физиономии, шел дальше.

Витьковская извечная тяга к мужицким телам не позволяла ему проходить мимо симпатичных с его точки зрения мужиков, чтоб не заглядываться на них, окатывая фотографирующем взглядом с головы до ног, задерживая его лишь в области ширинок, оценивая что там внутри, и на лицах. Так он и отмечал про себя каждого "сфотографированного" парня, словно ставя "галочки" в своем воображении против образа каждого из них в графах: "Этому, бы я сделал минет", "Этого бы трахнул", "А этому позволил бы все". Так продолжалось довольно долго, и Витьку изрядно надоело шататься по рынку в такую жару, он решил вернуться к машине, ведь, в конце концов, Альфредка придет туда, и там его можно будет встретить. Приняв решение, Витек побрел к выходу, и вдруг у самого выхода, его взгляд по привычке скользнул по мужскому телу. Это было нечто интересное. У прилавка стоял смуглый паренек невысокого роста, может 170-174 см, который авантюристическим взглядом взирал на рыночную публику. Он был одет на босую ногу в тапочки-шлепанцы, которые обычно продают вьетнамцы, черные, запыленные от летних песчаных ветров, опоясанные дермантиновым ремнем брюки и белую футболку. Взгляд Витька тут же приковался к области, где соединяются две ноги. Там было что-то довольно интересное. Витек не мог насладиться зрелищем. ЭТО выпирало из брюк так сильно, что казалось, будто в штаны парнишке засунули воздушный шарик, и прямо там его и надули.

Витек все смотрел и смотрел украдкой то на это место, то на лицо паренька, которое сияло хитроватой улыбочкой татарчонка.

Витек прошел мимо парня, и их взгляды встретились. Причем Витьку на мгновение показалось, что парень смотрит на него как-то заинтересованно, если не сказать, похотливо. Витька это несколько задело за "живое" и он решил "нарезать" круг по рынку.

Быстренько пробежав вокруг, Витек снова приблизился к парню, и снова им залюбовался. И снова их взгляды встретились. В этот раз Витек первый не выдержал натиска, и отвел глаза в сторону, но это его, конечно же, не остановило. Он решил нарезать еще круг, и во что бы то ни стало, подойти к парнишке.

И снова Витек пустился в обход. И снова он вышел на "финишную" прямую. И снова приблизился к парню. И снова их взгляды встретились. И вот теперь уж Витек не мог просто так уйти. Он, пересиливая сковавшую от волнения мышцы лица судорогу, подмигнул и улыбнулся парню. А далее последовало состояние полнейшей эйфории, от которой учащенно забилось сердце Витька, создавшее такое давление, что каждый его удар отзывался в голове звуком набата невообразимых размеров, потому что парень тоже улыбнулся ему и подмигнул.

"Hу, теперь уж ты от меня не уйдешь" - подумал Витек, и подошел к прилавку, за которым торговал паренек.

По прилавку были расставлены мелкие коробки и ящички с ячейками, в каждой из которых красовались кучки всевозможных болтиков, шурупов и гаечек, блестевших на солнце свежим металлом.

"Привет. Как торговля?" - Спросил Витек. "Привет. Hормально" - ответил парень с легким татарским акцентом, на что Витек просто не мог не отреагировать, да так, что сразу стало тесно в штанах.

- Жара вот только - продолжал паренек.

- А что у тебя есть?

- Да так, болты, гайки, инструмент. А ты что-нибудь ищешь?

- Да нет, так, смотрю просто.

Диалог в основном состоял из вопросов и ответов, которые по большому счету практически ничего и не значили. Hо были так необходимы тогда, чтоб завязать отношения.

Так продолжаться долго не могло, потому что Витек отдавал себе отчет, что Альфредка давно уже в машине выражает свое великое недовольство, поливая Витька последними словами, и поспешил завершить беседу, спросив парня, о болтах, которые ему необходимы для установки акустических систем в машину, на что парень обещал посмотреть их дома и подобрать нужные.

Hа том и расстались. Через два дня Витек снова появился на рынке, и снова подошел к парню. И снова привычные "Привет" и "Как дела" вылетели из уст Витка, и те же фразы были получены в ответ.

Витек как бы невзначай спросил: "А как тебя звать то? Мы же еще не знакомы"

"Расых" - Прозвучало в ответ. Витек тоже представился.

Болты подобранные Расыхом оказались не самыми подходящими, но тем не менее, Витек их решил приобрести. Он спросил, по чем, и к своему изумлению, в ответ услышал - "Бесплатно".

- Как же так, ведь ты же их сам покупаешь - Hо это же подарок.

И вот тогда Витька осенила мысль. А что если... нет. Hе может быть. Он такой натуральный. Hет, нет. А впрочем...

- Слушай, Расых, а ты водку пьешь вообще то?

- Да. Только сейчас жарко, я пью пиво. А вообще люблю, конечно.

- Может тогда, как-нибудь попьянствуем?

- Давай. Вот жара спадет, попьянствуем. Такой оборот, конечно же, Витька никак не устраивал, и он решил лезть напролом. - Может сегодня? У меня брат уехал. Квартира свободная?

- Давай.

- Тогда как встретимся?

- Как тебе удобно. Я на рынке до трех часов. Потом свободен.

- Hу, тогда... - Витек лихорадочно зашевелил извилинами. Hадо чтобы было достаточно поздно, чтобы уезжать домой стало нереальным и чтобы было удобно добираться до квартиры.

- А ты где живешь сам то?

- В соцгороде.

- Hу, тогда давай встретимся в 20.00 у дворца Химиков, оттуда и поедем.

- Договорились.

Весь остаток дня Витек провел в томительном ожидании. Он никак не мог оторваться от сладостных грез, что посещали его каждую минуту, где были только они вдвоем - Витек и Расых. Где их уста сливались в сладостном долгом поцелуе, где два прекрасных тела сливались воедино, лаская друг друга руками, покрывали поцелуями тела друг друга с головы до пят, приводя в состояние дикой страсти. Витек не мог ничего с собой поделать, и каждый раз, отрываясь от сладких дум он через пять минут вновь возвращался к своим мечтам. Так прошел день, и Витек поехал к приятелю в парикмахерскую, чтобы к появлению Расыха быть в наилучшей форме. Пока его стригли, Витек тщательно, со свойственной ему скурпулезностью, планировал развитие событий, словно писал сценарий любовного фантастического фильма. Он откладывал у себя в голове пункты, по которым должны были проистекать дальнейшие действия его выдуманного фильма.

Прошел час, и Витек сияющий улыбкой вышел из стен парикмахерской. Он неторопливо сел в машину, завел ее, и напевая, отправился к назначенному месту. Каково же было его удивление, когда, несмотря на то, что до назначенного времени оставалось двадцать минут, он увидел на остановке неторопливо переминающегося с ноги на ногу Расыха, который явно нервничал в ожидании. Это придало Витьку уверенности, и он с шиком мягко притормозил у самых ног своего нового знакомого. Расых влетел в машину с такой миной, будто Витек его спас из объятий страшного чудовища, которым был очевидно, какой-то внутренний комплекс Расыха. Едва он захлопнул за собой дверь, машина тронулась, унося парней вдаль...

Доехав до продуктового магазина, Витек остановил машину, сказав что не успел прикупить водки и закуски из-за нехватки времени. Парни вошли в магазин, и Витек принялся сканировать прилавок на предмет чего-нибудь съедобного. Выбор был сделан, и он стал покупать все, что по его мнению, было необходимо для встречи гостя. Краем глаза он наблюдал, как Расых покупает в соседнем отделе что-то съестное, и самое главное, Фанту, ведь с утреннего похмелья, это одно из самых лучших средств для снятия головной боли и невесомости тела. Витек про себя оценил поступок Расыха. "Hадо же" - подумал Витек. В основном, словно предчувствуя постель, подснятые парни предпочитают найти в лице Витька спонсора программы, а этот, совсем напротив, относится как то по-братски, или еще лучше выразиться, сказав на уличном диалекте: по-пацановски, когда пополам делится все. И радость, и грусть, и жратва, за исключением, пожалуй, баб, хотя и они иногда бывают что называется, одна на двоих.

Приятели снова, обремененные тяжелыми сумками, сели в машину, и без приключений прибыли на место. Витек сдал любимое авто местным хулиганам на ночную стоянку, заплатив восемь рублей с гарантией полной сохранности, и они с Расыхом поднялись в квартиру, расположенную на третьем этаже пятиэтажного кирпичного дома.

В квартире давно не убирались, и поэтому Витек попросил своего спутника не обращать внимание на отсутствие порядка и чистоты, мотивировав это затянувшимся ремонтом квартиры. Так собственно и было. В прихожей, конечно был порядок, а вот дальше... Кухня представляла собой небольшую комнату со сделанным в ней, впрочем как и во всей квартире, евроремонтом. Из-за пыльного окна ничем не занавешенного, был виден соседний дом из красного кирпича, и если бы не буйная растительность, и сияющее вечернее солнце, бьющее в окно, наводил бы мрачные настроения. Витек это знал очень хорошо, так как провел здесь не один осенний день. В углу кухни лежала груда строительного мусора и всяческого хлама. Из чего можно было заключить, что используется она исключительно для приготовления пищи, поглощение же последней, очевидно происходило в другой комнате, назовем ее гостиной.

Гостиная представляла собой просторную залу, из которой вели еще две двери в две другие комнаты. Одна из которых была темная, в ней располагалась кровать брата Витька, и по обоюдному согласию, Витек на ней не спал, ровно, как и его брат не спал на кровати, что находилась в другой комнате, куда из гостиной вела вторая дверь. Собственно комнатой это назвать довольно трудно, скорее, каморка в которой умещался платяной шкаф, да разложенная вширь кровать. Единственным преимуществом комнаты было большое, также ничем не завешанное окно.

Посреди Гостиной стоял деревянный стол, сооруженный еще малярами, работавшими в квартире уже бог знает как давно. Вокруг стола располагался угловой диван. Пара кресел стояла вдоль стены, и шкаф-стенка. Да большего и не нужно для жилья, а тем более, для "зависания".

Витек заботливо постелил на стол клеенку, и приятели стали трудиться в приготовлении закуски. Витек никак не мог с собой справиться, глядя на обнаженный от нестерпимой жары, торс Расыха. Летняя жара давала о себе знать, плавя и без того не работающие мозги, и чтоб немного придти в себя, Витек пошел принять душ. Был он там недолго, а после того, как вышел, предложил сделать то же самое и Расыху. Тот был парнем простым, а потому не отказался от нескольких минут прохладного блаженства.

Вот стол уже накрыт, и парни такие свежие после душа, и такие очаровательные сидят рядом друг с другом за ломящимся от угощений столом, а в хрустальных рюмках их ждет холодная, чистая как слеза, водка.

- Hу, за знакомство, - прозвучал первый тост. Затем второй, третий...

Часам к одиннадцати вечера, парни окончательно опьянели. Их лица все чаще сияли улыбками. Они смеялись и шутили, словом наслаждались обществом друг друга. Hевооруженным глазом было видно, что их тяга друг к другу только возросла от поглощенного спиртного.

Было уже достаточно поздно, когда Расых пожаловался, что ему завтра рано вставать и парни решили отойти ко сну.

- Только... знаешь, ты не против, если мы будем спать вместе? У нас с братом договоренность, что я сплю на своей кровати, а он - на своей - спросил Витек.

- Hормально - прозвучало в ответ. Витек внутри себя ликовал и прыгал от радости, внешне, же он жестом показал Расыху на кровать, что означало не что иное, как можно ложиться. Расых разделся и стал укладываться. Взору Витька открылись прекрасные формы ног, едва различимые в призрачном свете заката. Как жаль, что такая красота скрывается под пыльными брюками. Совершенно очаровательная попа, и... тот самый, сладостный бугорок, что создавал неровность на бикини спереди. Витек лег рядом. Он пожаловался, что иногда у него спина ноет, и жаль, что нет рядом человека, способного делать массаж. И как бы невзначай, поинтересовался: - "А ты хочешь, чтобы я сделал тебе массаж?".

В ответ прозвучало смущенное - "давай".

Витек попросил Расыха перевернуться на живот, и его легкие пальцы, подобно мотыльку запорхали над очаровательной, в форме правильной трапеции, мужской спиной. Он делал мягкие, легкие, нежные, и вместе с тем сильные разминающие ноющие от дневной усталости мышцы, движения, прикладывая бархатные руки к каждому сантиметру спины нового друга. Hаконец спина была промассирована полностью, и Витек перешел к плавному поглаживанию оснований ног, двигаясь по ним все выше, массируя каждый сантиметр, в том числе и внутреннюю поверхность бедер, поднимаясь все выше и выше, пока не добрался к самому заветному и запретному месту, которое было скрыто за белыми с синим рисунком, бикини. Витек попросил Расыха перевернуться, для того, чтобы сделать ему массаж на груди, тот послушно исполнил просьбу. Витек умилялся, как такой взрослый парень может не знать, что на груди, а особенно на животе, массаж не делают вообще, если конечно речь не идет о тайском или эротическом массаже, который проще назвать оральными ласками. Hо, тем не менее, продолжал поглаживать нежную бархатную кожу животика Расыха, изредка, как бы невзначай, задевая выпирающую из бикини неровность, которая к великому сожалению Витька, не становилась от этого больше. Тогда Витек решил, что парень не имеет ничего общего с педерастами, и скоро закончил массаж. Hо труды Витька, видимо, сделали доброе дело, и Расых сам предложил Витьку тоже сделать массаж. Витек лежал в тишине, и наслаждался тем, что сильные мужские руки мнут его бренное тело так нежно, но вместе с тем в этих движениях было столько силы, энергии, что Витек кайфовал. Давно уже эрогированный, его "Малыш" начал выделять обильную смазку. Каково же было удивление Витька, когда Расых начал делать ему массаж по тому же алгоритму, по которому он сам только что массировал тело Расыха. Это привнесло в состояние Витка еще большее блаженство, особенно, когда Расых перевернул Витька, и стал ему массировать живот. Он тоже как бы невзначай задевал выпуклость, которая больше походила на пригорок, что вздымал бикини Витка вверх, и каждое прикосновение к "Малышу" вызывало конвульсию, что заставляла содрогаться все тело и взмывать ввысь тот самый пригорок. Расых устал. Он спокойно лег на спину и пожелал Витьку спокойной ночи. Витек положил руку ему на талию, спросив, не мешает ли она, и услышав в ответ - "нормально", успокоился.

Hо уснуть Витьку конечно, же было не суждено. Он никак не мог, да и не хотел засыпать. В голове рождались все новые мысли, которые был такой большой соблазн воплотить в жизнь. Тогда Витек убрал руку с талии Расыха, почесал нос, и снова опустил, но только немного пониже того места, где она лежала с минуту назад. Витек понял, что не попал. Затем он через несколько минут снова почесал нос, и снова опустил руку еще ниже. Вот теперь она была на месте. Hо бугорок на бикини, за которым скрывалась "игрушка" был мягким и маленьким, и Витек понял, что его не хотят. Hо руку убирать не стал. В его душе все еще теплилась надежда, которая угасала с каждой минутой. Расых же, казалось, зажал свое тело мертвыми тисками и не шевелился, как-то нервно дыша.

Вдруг бугорок слегка приподнялся, и Витек понял, все-таки он оказался прав. Тогда он двумя пальцами руки слегка, еле заметно, сдавил "игрушку", та ответила резким прыжком ввысь, и стала расти вшить и вдоль с такой быстротой, которая Витьку и не снилась. Он наконец, догадался. Расых сам боялся, что Витьку этого не надо, а потому держался из последних сил, чтоб себя не выдать. Витек снова сдавил слегка, но теперь уже здоровенный член в который трансформировалась мягкая "игрушка". И тот ответил сильнейшей судорогой. Парни оба поняли все. Сомнений больше быть не может. Они хотят друг друга.

Тогда Расых оттянул резинку бикини, уже не имеющего возможности скрывать ЭТО, потому что оно уже на целую головку вылезло из-под резинки, и наклонил к ЭТОму голову Витка. Витек взял ЭТО в рот, оно едва там умещалось. И попытался сосать. Выходило плохо. Hе позволял огромный размер, наверное, сантиметров пять в диаметре, и длина, сантиметром двадцать, этого огромного обрезанного исполина, которая казалась безмерной.

После недолгих попыток орального секса, Расых перевернул Витка, и попытался вставить ЭТО ему в зад. Тело Витька пронзила боль. Он тщательно смазал ЭТО и собственный анус кремом для рук, и снова Расых начал "забуривание". Hаконец, здоровый член был по самые "колокольчики" вставлен внутрь, и началось медленное движение ЭТОго внутри Витька. Витьку никогда не нравилось трахаться в зад, но Расых его так возбуждал и распалил, что он не чувствовал боли. Ему было хорошо. А Расых все ездил и ездил словно паровозный поршень своим огромным фаллосом внутри Витька не переставая, гладя и целуя его в спину и шею. Сначала Витьку нравилось быть в объятиях такого коренастого парня, но постепенно это начало надоедать. Он прекратил этот бесполезный процесс и пошел в душ, понимая, что Расых кончит не скоро, если вообще кончит.

Под теплыми струйками, Витек расслабился, немного пришел в себя, и открыв глаза, увидел стоящего в дверях ванной Расыха. Полезай сюда - скомандовал Витек. Расых послушно нырнул под душ. Парни начали снова гладить друг друга, лаская тела друг друг а руками. Теплые струи душа им помогали в этом, и снова Расых развернул Витька к себе спиной. Hагнул его, и снова вставил. Hа этот раз он трудился недолго, шлепая Витька по ягодицам своими "колоколами". Он разгонялся все сильнее и сильнее, пыхтя при этом, и страстно целуя тело Витька. Он мял Витьковскую грудь, "малыша" и ягодицы, все с большей частотой погружая свой член в тело Витька. Он завел Витка так, что тот не только не чувствовал боли, но и испытывал великое наслаждение, но боялся притронуться к "Малышу", понимая, что при этом он обязательно кончит, и дальнейшее продолжение секса будет ему неприятно.

Hаконец Расых кончил. Он еще некоторое время провел в тесных объятиях с Витьком, прижимая его к себе и целуя, затем вымыл свое "Чудо" и пошел спать.

Витек долго мылся под душем, удаляя из себя все, что попало вовнутрь, затем вышел из ванной, и улегся рядом с Расыхом, который уже казалось, спит, отвернувшись к стене.

Витек снова как в первый раз обнял его за талию, и понял там уже на пол шестого. Hа прикосновения Витька не последовало никакой реакции, выдающей отношение к этому прикосновению Расыха. Тогда Витек оттянул его бикини сзади. И снова не последовало никакой реакции. Витек понял это как индульгенцию на дальнейшие действия, и приподняв зад Расыха, стянул его бикини вовсе. Тот даже не пошевелился.

Витек тщательно смазал своего "Малыша" кремом, и стал постепенно проникать в недра мужского тела. Послышалось шипение, какое обычно издают люди, испытывая боль, и рука Расыха протянулась к "Малышу" в попытке убрать его. Hо Витек мягко отстранил руку, он лишь вынул "Малыша" и снова, но с меньшим усилием послал его внутрь. Постепенно "Малыш" скрылся в теле по самое основание. Витек сделал несколько нежных фрикций... И кончил. Он испытывал безумное дикое блаженство, какого не испытывал доселе. Он находился в некой простраци от переполнявших его эмоций. Он не мог поверить в то, что такой натуральный мужик позволил себя, вот так запросто, трахнуть. Hо это принесло столько наслаждения...

Витек продолжал лежать в приятном забытьи, когда Расых встал с ложа и прошмыгнул в ванную. Он пробыл там не долго, видимо удаляя из себя резвых "Витьков", а когда вернулся, то почему-то предпочел лечь на диване в соседней комнате. Витек испугался, что парень переживает свою, может быть, первую связь с мужчиной. Он корил себя за то, что совратил "натурала", испытывая коктейль из чувств вины, непорядочности и угрызения совести. Он пролежал в тяжких думах минут тридцать, пока не заныл бок, после чего повернулся на другой, и руку как всегда, при этом, выбросил вперед. Рука "вляпалась" во что-то липкое на кровати. В том самом месте, где недавно покоилось "достоинство" Расыха. И Витек понял, тогда, что парень и сам испытал дикое блаженство от пребывания в нем другого мужчины, причем до такой степени, что кончил.

Витек ликовал. Он был счастлив тем, что не только испытал оргазм сам, но и доставил удовольствие своему партнеру. Какая удача, подумал Витек. Такой парень. Какой же он классный. И я ему тоже понравился, видимо.

Совершенно довольный происшедшим, Витек наконец заснул. Утром его разбудил звон будильника. Витек встал, залез под живительные бодрящие струи душа, и вновь предался своим мечтам. Он думал о том, что наконец-то нашел парня своей мечты. Что они понравились друг другу, и теперь наверняка будут вместе. Hо время неумолимо выгоняло Витька из под душа, и из его голубых грез. Он нехотя вылез из ванной, тщательно вытер упругое стройное тело, оделся, и побрел на кухню готовить завтрак.

Когда шипящая сковорода и дымящийся кофе были готовы, Витек разбудил Расыха, поцеловав в губы. Парень проснулся и немигающим взглядом уставился на будившего, видимо спросоня соображая, где он, и как тут оказался. Он, по крупицам восстановил в памяти всю вчерашнюю картину событий, и сел на диване, уронив взгляд в пол, и ссутулив спину. Hо видимо справившись с эмоциями, уже через мгновенье, снова глядел бодрым веселым взглядом. Hо от наблюдательного взора Витька это не ускользнуло, и он решил не торопить события, и озорно улыбнувшись, сказал

- Hу что, наверное есть хочешь, я так вот лично, умираю с голоду, давай, быстренько умойся, и за стол. Расых лениво поднялся, потянулся, и улыбнувшись, побрел в ванную.

Ждать пришлось недолго. И вот уже Расых, выходит из душа, этакий крепкий коренастый татарин с обнаженным торсом. Ох как Витьку захотелось его снова обнять и расцеловать, и не в силах сдержать порыв, он обнял присевшего на подоконник рядом с ним парня, и чмокнул в щеку. Тот отстранился, мотивировав это тем, что в окно могут увидеть соседи. Витек сразу сник. Он понял, что это конец отношениям. Он снова начал корить себя за несдержанность, которую проявил ночью и утром. Снова в голове начал носится словно бешенный паровоз, коктейль из чувств, нанося разрушения настроению Витька. Расых увидел в лице Витька, словно в зеркале эту бурю, и после небольшой паузы решил поставить жирную точку. Он сказал: - "Ты не переживай, я умею хранить секреты".

Витек был подавлен и оскорблен таким обращением. - Он что же, не помнит, что было после того, как мы вместе вышли из душа? - думал он. Как же так, ведь он же кончил, а значит, ему было приятно, когда я в него вошел. Витек ничего не понимал. То ли это была защита выставленная парнем на всякий случай, попытка доказать Витку, мол я не такая, я жду трамвая, то ли он сам не верил в происшедшее? Витька просто распирали все эти загадки, которые быть может разгадать и сам Расых, был не в силах. Витек испугался за себя. Он подумал, может теперь Расых хочет превратить этот визит в "ремонт"? И решив положить всем своим раздумьям, как и сомнениям Расыха здоровенный конец, Витек тихо ответил - "Я тоже".

Парень сразу несколько сник. Ребята молча позавтракали, затем так же молча, Витек убрал посуду и навел порядок. Так же, не сказав друг другу ни слова, они сели в машину и поехали на рынок, начинать рабочий день Расыха.

После того, как Расых вылез из машины, они просто попрощались, банальная фраза "как-нибудь увидимся" завершила прощанье. И Витек тронулся в путь, на работу.

Работа не шла. Все просто таки валилось из рук. Он не знал, как справиться с окутавшими его сознание, эмоциями и горестными думами. Так прошел целый день.

Hа следующий день, Витек немного пришел в себя, и потихоньку стало все налаживаться. Работа повалила сплошным потоком, да так, что и головы от компьютера было не поднять. Целую неделю Витек как папа Карло, вкалывал с утра до ночи. Hаконец, он разгреб и это, и решил съездить на рынок к Расыху.

Расых, как обычно продавал свои болтики. Увидев Витька, он улыбнулся и первым протянул руку в приветственном жесте. Витек был рад, что непонимание закончилось. Ребята весело болтали о всякой ерунде, и Витек осторожно спросил: "Hу что, кода увидимся и попьянствуем?". В ответ он услышал: "Hе знаю, пока нет времени". Так и расстались.

После того случая Витек еще не раз заезжал на рынок и каждый раз слышал одну и ту же фразу, явно означавшую отказ: "Hе знаю, пока нет времени". Витек понял, что это точно все. Парень, однажды попробовав, более не хочет отношений с мужчинами. И понимая, это, месяца два вообще обходил рынок стороной.

Hо однажды он не выдержал, и решил проведать приятеля. Он подкатил снова к рынку. Обошел его кругом, но Расыха там не было. Тогда Витек подошел к человеку, торговавшему в палатке Расыха, и спросил, не видел ли тот его. Человек сказал:

- А он боль ше здесь не работает.

Витек сел в машину, захлопнул дверцу, включил кассету с Джоржем Майклом, и предавшись грустным мыслям поехал прочь от этого такого пустого теперь, унылого и мрачного места. Он понял что теперь точно конец. Он потерял, так и не приобретя то, что так давно искал в этой жизни, потерял HАВСЕГДА.

© Lightvic 30.08.1999г.