ИЗЫСКАННЫЙ МОРСКОЙ ДЕЛИКАТЕС



Я направлялся в Сакраменто, чтобы навестить своего брата. Выехав из Сан-Франциско, автобус сделал единственную остановку в Окленде, где сели новые пассажиры - толстая тетка с множеством сумок и моряк в униформе.

Народу в автобусе было немного, поэтому я слегка удивился, когда моряк выбрал место рядом со мной. Пока он укладывал свою сумку на верхнюю полку, я скользнул взглядом по его ширинке, застегнутой на тринадцать форменных пуговиц.

Он был очень молодой, около девятнадцати-двадцати лет, голубоглазый блондин. Он не произнес ни слова; молчал и я, но мое сердце забилось чаще. Так вышло, что уже долгое, долгое время я не пробовал подобных деликатесов - а ведь когда-то я бредил такими парнями, и больше мне ничего не надо было.

Я старался держаться дружелюбно, но не решился перейти в атаку, боясь его спугнуть. Он ведь мог выбрать любое свободное место через проход - почему же он сел рядом со мной? Наверное, он просто хотел полюбоваться видом, открывавшимся с нашего борта, решил я.

Он откинулся назад и, казалось, задремал. Автобус мчался по трассе, мотор ровно гудел, а я изучал пейзаж за окном. Однако вскоре я почувствовал давление его колена, которое он прижал к моей ноге. Конечно, это было вызвано покачиванием автобуса, но он не сделал ни малейшей попытки убрать ногу.

Ого, у меня наступила эрекция! Тем не менее я решил остаться неподвижным - тем более, что это скорее всего лишь случайность - и продолжать наслаждаться чувством теплоты, исходящей от его бедра, и шевелением в моей промежности. Я скосил глаза на его брюки, и мне показалось, что его бугорок тоже увеличился в размерах. Но я не обольщался - должно быть, он просто видит во сне свою девушку. Его глаза были закрыты, длинные светлые ресницы слегка касались верха щек. А ярко-красные пухлые губы, казалось, молили о поцелуе.

Будь я так же молод, как и он, я бы не упустил своего шанса. Я бы ощупал эту ширинку. Конечно, он мог бы поддержать мою затею - а мог бы и не поддержать. Но если бы он заехал мне по морде, я дал бы ему сдачи. Натуралов всегда обескураживает, когда им попадается голубой, который их не боится - обычно они лают сильнее, чем кусаются. Да, у меня было много, много матросов, но с тех пор прошли годы... Со временем я стал мудрее и мягче и теперь не охотник до грубых сцен.

Мой взгляд был прикован к его ширинке. Военная форма американских моряков - это самая сексуальная одежда, я давно пришел к такому выводу. Джемпер плотно облегает грудную клетку, а расклешенные брюки без боковых карманов соблазнительно обтягивают ягодицы... Ах, сколько раз я расстегивал эти тринадцать пуговиц на клапане ширинки!

Эти моряки, они всегда аккуратные и свежие, настоящий цвет нашей нации. Храбрые, энергичные молодые люди, всегда легко возбуждаются и не прочь, чтобы им сделали хороший минет - а некоторые иногда даже не прочь сделать его в ответ сами... Я погрузился в счастливые воспоминания о матросах, которых я когда-либо любил.

- Скажите, там ведь есть туалет в конце автобуса? - я вздрогнул от его хрипловатого голоса.

- Думаю, что да, - похоже он заметил, что я изучаю его ширинку.

- Надо пойти поссать, а то вон что делается, - я не успел понять, что происходит, как он взял мою руку и на секунду прижал к своему стояку. Я чуть не кончил прямо в штаны.

Автобус выехал на трассу и двигался вдоль океана, но вид из окна меня уже не интересовал. Как парализованный, я очумело смотрел вслед моряку, уходящему в конец салона. Я хотел его. Когда он не появился через несколько минут, я решил, что он, должно быть, решил подрочить. Я понял, что нужно пойти и проверить. Пассажиры не обратят внимания - они все либо дремлют, либо пялятся в окно.

Безуспешно пытаясь скрыть от окружающих свой стояк, я начал протискиваться к туалету. Если матрос просто облегчается, то дверь будет закрыта. Какой-то пассажир посмотрел на меня, но мне было насрать, что он подумает. Если он не голубой, то ничего не заподозрит.

Как только я открыл незапертую дверь кабинки, я увидел моего матроса и обалдел - он был почти полностью обнажен. Это казалось невероятным. И он был так прекрасен! Белая кожа, совершенно без изъянов. Розовые соски на груди. Светлые волосы на лобке. И толстый, необрезанный член, свисающий между ног.

Туалет был тесен, если не сказать хуже, но это меня не смущало - мне доводилось участвовать в пип-шоу в тесных кабинках. Но это любовное гнездышко к тому же находилось в движении. Я подумал, как бы это выглядело, если бы кто-нибудь из пассажиров открыл дверь туалета и обнаружил там голого матроса. Впрочем, так ведь и случилось - я же клюнул на эту удочку.

Я запер дверь и обнял его. Нет лучше чувства в мире, чем чувствовать обнаженное мужское тело, прижатое к моему - даже несмотря на то, что я был еще одет. Более того - то, что я был одет, дало мне чувство власти над этим молодым симпатичным матросом. Я прочел на сложенной униформе: "U.S.S. Kitty Hawk". Значит, он служит на авианосце. Интересно, как он занимается минетом на корабле - голым в туалете или где-нибудь в раздевалке?

Я нагнулся и принялся ртом возбуждать его член, но он остановил меня и открыл пакетик с презервативом, который приготовил и держал в руке. Я смотрел, как он натягивает кондом на свой пенис. Затем он слегка расстегнул мои брюки, освободил мой напряженный член и нежно облачил его в другую резинку. По всему было видно, что это серьезный и ответственный молодой человек, предпочитающий безопасный секс. Да, нынешняя армия стала более реалистичной, чем в мое время - нас не учили пользоваться презервативами, а только запугивали страшными фильмами про венерические заболевания.

- Как тебя звать, парень?

- Денни.

Я всегда стараюсь узнать имя моего полового партнера. Тогда возникает иллюзия, что наша связь будет длиться дольше, и происходящее становится более значительным, чем эти быстрые анонимные контакты, которые предпочитают некоторые.

- Ты красивый юноша. И такой молодой...

- Спасибо. А мне так нравятся мужчины постарше, такие, как ты.

На данный момент болтовни было достаточно. Я понимал, что времени мало - это ведь был всего лишь двухчасовой рейс на Сакраменто. К тому же мы ехали уже довольно долго, и кто-нибудь еще вполне мог решить воспользоваться туалетом. Эта угроза только подстегивала нашу похоть.

Скрючившись в тесной кабинке, я дрочил матросу хуй, пока он не увеличился в размерах и не разбух внутри резиновой оболочки. Я провел языком по головке - что за чудный кусок мяса! Он был как толстая сосиска, и я тщательно высосал его, глубоко заглатывая, хотя и не люблю вкуса резины.

Денни поощрительно гладил меня по волосам. Он придерживал меня за голову, одновременно качая хуем мне в горло. Он был как раз подходящего размера, чтобы сосать, и с каждым толчком становился все тверже и тверже. Я сжал его округлые мускулистые ягодицы и обнаружил, что они гладкие, как шелк. Потом нащупал его тесную расщелину и прикоснулся к ней пальцем.

- Засунь палец внутрь, - простонал он. Я принялся трахать его пальцем, одновременно отсасывая. Его член напрягся еще сильнее - мне показалось, что он вот-вот разорвет кондом. Но когда он уже совсем был готов кончить, он неожиданно вытащил свой хуй из моего рта и спустил большую порцию малафьи, которая заполнила конец кондома и обволокла головку члена.

Я смотрел, как бьется белая жидкость под резиновой оболочкой, и чувствовал, как его очко спазмами сжимает мой всунутый внутрь палец.

Внезапно Денни поднял меня на ноги, окончательно расстегнул мои штаны и дал им упасть к лодыжкам. Затем также опустил и мои трусы-боксеры и присел на стульчак.

Мой член внутри презерватива был налит кровью. Словно сказочный моряк из моей юношеской мечты, Денни начал сосать его. Я был восхищен, насколько теплым и влажным оказался его рот - и насколько чувствительным мой хуй.

Он прекратил сосать, слегка сжал мои яйца и выпалил в несколько приемов:

- Подрочи. Я хочу посмотреть. Я тащусь от этого!

Несмотря на то, что резина немного мешала мне гонять шкурку, я принялся дрочить перед его лицом.

- Давай. Дрочи. Сделай это для меня.

Пока я дрочил, Денни начал лизать мне яйца. Он облизывал их поочередно, и это был настоящий кайф! Потом он попытался взять в рот оба, но не смог. Вместо этого он облизал внутренние стороны моих бедер.

- Ох, парень, я кончаю!

- Давай, не останавливайся! Спускай же!

Я сжал бедра и замычал. Денни подскочил, как ванька-встанька, сорвал резинку с моего напряженного члена, и я извергнулся, подобно бенгальскому огню, выплескивая капли спермы на его грудь и живот. Затем светловолосый моряк растер мою спущенку по своей нежной коже и густым волосам на лобке.

Мой хуй остался стоять. Он покачивался в такт вибрации автобуса, мчащегося по шоссе. Я подумал, что теперь можно одеться и вернуться на место - воспоминаний о встрече в кабинке автобусного сортира с этим прекрасным юным богом надолго хватит мне для дрочки.

Денни улыбнулся - ровные белые зубы сверкнули за соблазнительными губами. Потом он разорвал своими зубами третий пакет с презервативом. Я подумал: решил ли он подрочить или хочет, чтобы я снова отсосал у него. Мне захотелось, чтобы он сначала подрочил, а затем вновь сорвал резинку и кончил бы себе на грудь, так, чтобы его малафья смешалась с остатками моей.

Вместо этого он снова натянул кондом на мой член.

- Я хочу, чтобы ты выебал меня, - просто сказал он, поворачиваясь и глядя на меня через плечо.

В минувшие дни основной вещью, которой я занимался с моряками, был миньет. Но этот матросик был совсем другим, представителем нового поколения, молодым человеком с запросами, которые нельзя было не выполнить.

Мой старый боевой конь затрепетал. Мысль о том, чтобы впарить в зад этому парнишке, возбудила меня.

Денни сплюнул на ладонь и растер свое очко.

- Давай, трахни меня в жопу. Ты ведь хочешь этого.

Да уж, он был прав! Не имею ничего против сосания, но по-настоящему я предпочитаю более грязные и серьезные вещи - например, засунуть свой хуй в очко. Денни нагнулся и развел свои ягодицы. Наверняка он делал это и раньше - я говорю не о медицинских обследованиях, а о ебле в жопу. И мыло в душе он наверняка любит ронять, подумал я.

Он был мой, он был открыт для ебли, а я, охваченный похотью, готов был взбороздить эту пашню. Мой резиновый член скользнул к его горячей дырке и на секунду задержался у входа.

- Ох, он такой большой. Такой жесткий!

- Не волнуйся, паренек, я тебя аккуратно выебу.

Я прекратил разговоры и принялся входить в зад молодого матроса. Почуяв хуй внутри себя, он пришел в дикое возбуждение. Он стонал и крутил своей жопой, подмахивал и подавал ее назад, стараясь вобрать в себя каждый мой дюйм.

- Еби меня! Еби меня в жопу!

- Сейчас ты это получишь!

Я накачивал его горячее очко и ощущал, как оно при каждом толчке сжимает мне хуй. Скосив глаза вниз, я наблюдал, как он медленно и глубоко входит и вновь выходит наружу.

- Давай, не останавливайся! Мне это нравится. Хочу, чтобы ты в меня кончил!

Я держал его за пояс, а мои яйца шлепали по его ягодицам. Он мычал и стонал. Я наклонился ниже и увидел, что он наяривает свой торчащий член.

- Давай, кончай сейчас! Давай вместе! Я уже кончаю! О-ох...

Я заработал бедрами быстрее, вошел в моряка как мог глубоко и в несколько приемов спустил внутрь кондома. Он тоже успел обтрухать все сиденье унитаза, и его очко сжалось вокруг моего хуя, выцеживая из яиц последние капли спермы.

Матрос слез с члена и повернулся кругом. Его рука была вся в сперме, и он растирал ее по своей промежности, так что она заблестела. Когда он снял презерватив с моего члена, он тоже был полон спермы - ее было даже больше, чем когда я спустил в первый раз.

Завороженный, я смотрел, как матрос наклоняет кондом и выворачивает его наизнанку, позволяя содержимому вылиться на свою грудь. Он размазал мой любовный сок по своему великолепному торсу.

Я протянул руки, ущипнул его смоченные спермой соски, и он тяжело задышал. Он обнял и поцеловал меня. На наших губах чувствовался вкус латекса оттого, что мы сосали укрытые резиной члены друг друга - но это был сладкий поцелуй признательности.

Потом я оделся, приоткрыл дверь и выскользнул наружу. Горизонт был чист. Автобус замедлял ход.

К моему удивлению, автобус уже ехал по Сакраменто. Я увидел знакомое здание собора с золотыми куполами - вскоре мы будем на автостанции.

Денни появился из туалета, и его форма была в безупречном порядке, начиная от ботинок и вплоть до головного убора. Он пристроился ко мне сзади в проходе и слегка потерся своим членом о мою ногу.

Мне уже было наплевать на своего брата. Я не хотел, чтобы наше знакомство с этим прекрасным светлым юношей заканчивалось на автобусной станции. Я успел влюбиться в него. Даже если кто-то и пытался побеспокоить нас во время нашего сеанса любви - мы все равно не слышали стука.

Я хотел обратиться к моему моряку, пригласить его куда-нибудь и продолжить наш вечер. Но мне помешали. Моего дорогого Денни уже встречали - молодая женщина, такая же юная, как и он сам, и двухлетний малыш, белокурый ангелочек, который бросился к нему и взмыл ввысь в его руках, радостно крича:

- Папа! Папочка!

© Дмитрий Долинин.