ПЫЛАЮЩАЯ КОМНАТА.



 

3.

Стэн проснулся и некоторое время лежал, закрыв глаза. Он здорово измотался за последнее время, проблемы с полицией, постоянные нервы, дикое беспокойство, которое он испытывал при мысли о том, что Крис тоже оказался в центре этого безумного скандала, все это сводило его с ума. Но сегодня он чувствовал себя почти хорошо. Сегодня был его день рождения - первое ноября. "Двадцать четыре года" - подумал он, - "наконец-то". Когда-то Томас говорил ему, что этот возраст - очень важный рубеж в жизни человека. Два раза по двенадцать. "Случаются всякие странности, - сказал он тогда, и взгляд его темно-серых глаза стал отсутствующим, - Ты должен помнить, что, когда тебе двадцать четыре, может случиться все, что угодно". Хотя, подумал Стэн, со мной уже случилось все, что угодно.

Никто не знал о том, что у него день рождения. Кроме Генри, царствие ему небесное. Он еще в самом начале спросил об этом у Стэна и составил ему гороскоп. Но о результатах не сообщил и, казалось, забыл об этом напрочь. Во всяком случае ни разу не поздравил его в этот день. Крис тоже ничего не знал, Стэн думал, что ему надо об этом сказать, но как-то все не к случаю приходилось, можно было сделать это сегодня, будет сюрприз. Стэн вскочил с кровати, быстро оделся и пошел в ванну. Крис вроде был дома, с кухни доносились звуки врубленного на полную мощность радио.

Когда Стэн вошел на кухню, Крис действительно был там и, судя по всему, готовил завтрак, что случалось с ним не очень часто, но все же случалось.

- Доброе утро, - сказал ему Марлоу и с удовольствием зевнул. Он действительно чувствовал себя отлично, даже удивительно. Харди обернулся, и Стэн увидел на его лице какое-то странное выражение, как будто Крис с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. Стэн сел на табурет и посмотрел на него вопросительно. Крис подошел ближе и присел на корточки рядом с табуретом. Он смотрел на Стэна снизу вверх и улыбался. Потом сказал:

- Поздравляю с днем рождения, малыш, - его улыбка стала еще шире, он явно наслаждался выражением недоумения на лице своего приятеля. Потом в его руках оказалась небольшая плоская коробка, Стэну показалось, что он достал ее откуда-то из воздуха, как фокусник.

- Это подарок - сообщил он, вглядываясь жадными любопытными глазами в лицо Стэна, - Открой.

Стэн послушно открыл кожаный футляр. И обомлел. В нем лежало распятие. Оно было величиной с ладонь, сделанное, судя по всему, из темного золота и инкрустированное красными камнями. Стэн еще никогда не видел ничего подобного. Вещь, очевидно была старинная, века шестнадцатого, дивной тонкой работы, лицо Христа казалось живым, Стэн видел страдальческую складку в углу рта, прядь, прилипшую ко лбу, и гвозди, входившие в ладони Сына Человеческого. Но больше всего его поразило другое. Сам крест лежал на массивной золотой основе, украшенный совершенно не христианским орнаментом. Стэн вглядывался в него несколько секунд, пока с бешено забившимся сердцем не понял внезапно, что орнамент изображал Кецалькоатля, Пернатого Змея, таким, каким его изображали ацтеки. Он даже не представлял, что такое возможно.

Стэн взглянул на Криса, тот сиял.

- Нравится? - спросил он.

- Да, - глухо ответил Стэн. - Где ты это взял?

Крис подмигнул ему, мол, места знать надо. Потом придвинулся ближе и, проведя пальцем по поверхности распятия, видно, его самого завораживала эта вещь, стал объяснять.

- Понимаешь, этот дед, который мне его продал... - Стэн не мог сдержать улыбки, "дедом" мог оказаться кто угодно: владелец самого роскошного антикварного магазина, главный аукционист крупнейшего в Европе аукциона или крупный коллекционер, - Он мне рассказал, что это штука вообще одна на свете, ее привез из Южной Америки этот... - Крис нахмурился, - ну, этот, как его, слово забыл, ты знаешь, эти парни, которые туда плавали за золотом, ну как их?

- Конквистадоры. - подсказал Стэн.

- Во-во, он был конквистадор. Его звали Диего Эрерра - произнес Крис с чувством. Стэн даже удивился тому, что он запомнил его имя. - Он взял с собой этот крест, когда уплывал, ну без основы, понятно, а когда вернулся, то крест был уже в таком виде. Дед еще сказал, что его потом сожгли. - Крис покачал головой, видно судьбы неизвестного конквистадора была ему небезразлична. - Они нашли у него на теле такую же татуировку, Пернатого Змея, решили, что он, ну как это называется, вот, прошел посвящение в дьявольский культ, и сожгли. Классная вещь, а?

- Да, спасибо. - Стэн нагнулся и поцеловал Криса в губы. Тот зажмурился от удовольствия, и тут Стэну в голову пришла мысль, которая уже приходила, но тут же ушла, вытесненная страхом и восхищением при виде подарка.

- Крис, а откуда ты знаешь, когда у меня день рождения?

Крис посмотрел на него недоуменно.

- Не знаю, - наконец ответил он, - Ты мне разве не говорил?

- Нет, - медленно сказал Стэн. - Я тебе не говорил.

- Тогда не знаю. Просто знал и все. А что?

- Ничего, тебе не кажется, что это уже более чем странно?

- Ну вообще, да. Слушай, так как же я узнал, а?

- Вот то-то. - Стэн тяжело вздохнул. - Ладно, давай завтракать. Ты сегодня что делаешь?

- Я-то? Комиссар приезжает, Клеменс. Он сказал, что больше часа у меня не отнимет. Он приедет в два. А потом можем гулять. Ненавижу копов. - и Крис поставил перед Стэном огромную тарелку с гренками. - Ешь. Я специально готовил.

Клеменс приехал в два ровно. Снизу позвонил Айрон и сообщил о его прибытии. Крис включил экран, позволяющий видеть, кто к нему пришел, и несколько секунд, стоя перед ним плечом к плечу со Стэном, вглядывался в высокую фигуру полицейского, потом сказал хрипло:

- Пусти его. - и обернулся к Стэну.

- Тебе придется посидеть где-нибудь. Если мы уж начали врать, то незачем наводить на себя лишние подозрения.

- Хорошо, - кивнул головой Стэн. - Я буду в спальне.

Крис кивнул, на секунду прижал его к себе, коротко поцеловав в висок, и последнее, что увидел Стэн, закрывая за собой дверь, как он стоит прислонившись к косяку, в той особой напряженной позе готовности и ожидания, которая всегда напоминала Стэну о хищнике, таящемся в засаде.

Крис пригласил Клеменс в гостиную и предложил ему кофе. Полицейский не отказался, так же как и от сигареты. Потом он поставил на стол маленький диктофон.

- А ваш адвокат? - Спросил он с любопытством.

- Обойдусь. - ответил Крис, глядя на него в упор. - сам справлюсь.

- Похвально. - покивал головой Клеменс. - Красивая у вас квартира.

- Спасибо, - ответил Крис, не отводя взгляда. Человек, сидевший перед ним в кресле в непринужденной позе, был очень красив породистой, какой-то львиной красотой. Во всем, в четком твердом очерке его скул и подбородка, в красиво вырезанном рте, в ястребином носе чувствовалась старая благородная кровь, но взгляд его синих глаза был взглядом умного дикого зверя, жестокой любопытной большой кошки, не знающей ни сомнений, ни страха и преследующей жертву до конца. Крис невольно подумал, что зря коп так коротко стрижется, ему под такое лицо очень бы пошла длинная светлая грива, но тут Клеменс закончил оглядываться и щелкнул кнопкой на диктофоне.

- Итак, приступим. - сказал он бодро. - Ваше полное имя и возраст.

- Крис Аллан Харди, двадцать девять лет. - четко ответил Крис, ощутив на языке кислый привкус, ему словно было снова шестнадцать и это был просто очередной привод в полицию за драку или угнанную машину.

- Адрес.

Крис, не задумываясь, продиктовал адрес и в какую-то минуту понял, что с его языка чуть не соскочило название улицы, на которой он жил в юности. Это наслаивающееся ощущение дежа вю (где-то же он видел этого парня, не может быть, что нет) доводило его до истерической дрожи, но он должен был держаться, и главное, думать над каждым ответом, он так и услышал глухой тенор Джимми, который говорил ему вчера вечером "Крис, все их вопросы имеют смысл, они ничего не спрашивают просто так, думай, старайся просчитать ход их размышлений, будь осторожен, Крис".

- Если вас не затруднит, повторите пожалуйста, обстоятельства ваших встреч с Генри Шеффилдом. - попросил полицейский.

Крис послушно повторил. Он сам изумлялся сухости и не эмоциональности своих ответов.

- Большое спасибо, - вежливо поблагодарил его полицейский. - а теперь, расскажите, пожалуйста, при каких обстоятельствах вы познакомились со Стэнфордом Марлоу?

Крис сглотнул, он ждал этого вопроса, естественно, он его ждал, но почему-то имя Тэна, произнесенное этим странным полицейским, так не похожим на тех, кого он знал, усталых и равнодушных, полицейским, который, казалось, наслаждается этим расследованием и этим допросом, как эротоман-садист зрелищем изысканной пытки, имя возлюбленного подействовало на Криса, как ожог. Он снова вызвал голос Джимми "Держи себя в руках, Крис, главное, держи себя в руках".

- А какое это имеет отношение к убийству? - спросил он холодно, кладя ногу на ногу и закуривая.

- Простите, Крис, но позвольте нам решать, что имеет отношение к убийству, а что нет. - почти нежно возразил ему полицейский. Крис скрипнул зубами.

- Итак?

- Я познакомился с ним в доме Шеффилда. Он предсказывал мне будущее, а Стэн... Марлоу ему ассистировал.

"Что за идиотизм, - мелькнуло в голове у Криса, - зачем мы решили врать, все равно все уже все знают, да и достаточно взглянуть на мою физиономию, когда я произношу его имя, чтобы все стало понятно. Вот дьявол".

- И вы познакомились?

- Просто обменялись парой слов. Я даже не знал, как его зовут.

- И как же вы потом возобновили ваше э-э... знакомство? - с неподдельным любопытством спросил Клеменс.

- Ну он прислал мне письмо, в котором просил о встрече. И я согласился. А что?

- Интересно. Вы, звезда, кумир всей Европы, богатый человек, ведь вы очень богаты, не правда ли? Так вот, вы соглашаетесь на встречу с никому неизвестным ассистентом астролога, хотя, вот, мне, например, известно, что вы отказались встречаться с - тут он назвал фамилию известного кинорежиссера, который два года назад хотел снять Криса в эротической мелодраме, но рок-певец отказался даже встречаться с мировой знаменитостью.

Крис дернул плечом.

- А что мне с ним встречаться? Я не актер.

- Хорошо, так вы не согласитесь сообщить мне мотивы, по которым вы согласились встретиться с мистером Марлоу? - продолжал тянуть жилы полицейский, и Харди почувствовал, что закипает. Ему так и хотелось ляпнуть "Встретился, потому что надеялся, что он мне позволит с ним потрахаться", но этого не сказал.

- Мне просто захотелось поболтать с кем-нибудь, ну, не моего круга, понимаете... - сказал Крис совершенно естественно, Стэн бы зааплодировал, увидев, как Харди с легкостью змеи стряхивает с себя шкуру отпетого хулигана и начинает говорить на хорошем правильном языке, которым он владел не хуже, чем жаргоном, но тщательно это скрывал. - Мне он показался очень неглупым и интересным, мне было любопытно, что он хочет мне сказать, вот и все.

Клеменс улыбнулся.

- И что же он вам сказал?

Крис похолодел. Он не знал ответа на этот вопрос. Они так толком ни о чем не поговорили, тогда, в первую встречу, во вторую, правда, Стэн пытался его о чем-то предупредить, но тогда Крис был так счастлив от одного факта, что сидит с ним рядом, что даже не вдумывался в его слова. Он принялся лихорадочно соображать, чтобы ему такое ответить, прикуривая вторую сигарету, чтобы потянуть время, наконец спасительный ответ пришел ему в голову.

- Он зачем-то хотел мне сказать, что все предсказания Шеффилда - неправда, хотя, знаете, я и сам ни во что такое не верю.

- То есть вы хотите сказать, что у мистера Марлоу был конфликт с его работодателем? - тут же прицепился Клеменс.

- Не знаю, я никогда не спрашивал его об этом. - равнодушно пожал плечами Крис. - Может, я просто был ему симпатичен и он решил меня предупредить, чтобы я не подсел на эту удочку. Знаете как бывает, предскажут тебе что-нибудь хорошее, а ты потом бегаешь к этой гадалке всю жизнь. Вот моя вторая жена, она была просто помешена на этом всем, вечно какие-то медиумы, астрологи, психи какие-то с головами разрисованными, она мне всегда говорила, что у меня плохая карма и приношу несчастье всем, с кем сталкиваюсь. Достала просто. А Марлоу, видно, решил меня предупредить, как честный человек, что меня ловят, деньги-то всем покоя не дают.

- Понятно, - полицейский кивнул, и в его ярких глазах Крис прочел, что он не верит ни единому его слову. - Ваш друг просто образец порядочности. Итак, вы начали общаться. Часто?

- Достаточно часто. - ответил Крис, и вдруг отчетливое, как кадр из фильма воспоминание, - Стэн, в изнеможении стонущий под ним, кусающий его пальцы, чтобы не кричать, светлые пряди волос на его шее, жар его тела, - облило Харди огнем. Это было совершенно неуместно на допросе, он глубоко вздохнул, понимая, что предательский румянец никуда не скроешь, и проклиная себя.

- А потом я позвал его работать со мной. - схватился Крис за спасительную причину, оправдывающую все. - Он прочитал мне пару своих стихов, мне понравилось, я свел его с Джимми, поскольку музыку пишет в основном он.

- Ясно. Я слушал ваш диск и считаю, что вы прекрасно совместили тексты и музыку. - сделал комплимент полицейский. - так вам нравилось общаться с мистером Марлоу?

Крис почувствовал, что звереет.

- Мне и сейчас нравится, - бросил он с вызовом. - Стэн отличный парень, потом он много знает, а я и школы не окончил. Надоело выглядеть кретином, а он мне советует, что прочитать.

- Книжки, значит, читаете вместе? - осведомился полицейский с таким выражением лица, что Крису показалось, что он сейчас расхохочется. Криса охватила дикая ярость, у него раздулись ноздри, дыхание прерывалось, он держал себя в руках только страшным напряжением воли, прожигая взглядом Клеменса, который как раз взял новую сигарету и собирался ее прикурить. Он еще только искал на столе зажигалку, как вдруг Крис увидел, что кончик сигареты вспыхнул коротким огоньком, а потом начал тлеть. На секунду Харди показалось, что он не заметил, как полицейский прикурил, но этого просто не могло быть, зажигалка лежала на столе рядом с чашкой Криса. И в эту же минуту Харди почувствовал, как ярость его проходит, оставляя неприятное опустошение во всем теле. Но больше всего его поразила реакция самого Клеменса. Полицейский задумчиво вынул своевольную сигарету изо рта, внимательно осмотрел ее кончик и сунул обратно, с удовольствием затянулся. Никаких комментариев не последовало.

- Вы знали о том, что мистер Марлоу находиться в гомосексуальной связи с господином Шеффилдом? - сухо задал он следующий вопрос.

- Нет, - устало ответил Крис. - он не сообщал мне подробностей своей личной жизни.

- То есть никаких претензий к господину Шеффилду вы не имеете?

- А почему я их должен иметь? - огрызнулся Харди, опять теряя терпение.

- Хорошо, и последний вопрос. Был ли у вас медный браслет с арабской надписью, которая переводится, как - Клеменс снова затянулся и, почти жмурясь от удовольствия, звучно произнес: - Сердце девственницы не знает пощады.

Крис поперхнулся кофе. Он закашлялся, пытаясь дышать, а в голове у него крутилось только одно "Все, это конец".

- Да, - сказал он глухо, откашлявшись. - У меня он был. Но его потерял несколько месяцев назад. Я заказал такой же, но он сломался и снова пропал, в октябре. А что?

- Ничего, - весело ответил Клеменс. - Пока вы полностью удовлетворили мое любопытство. Я вам очень благодарен. Но мы должны встретиться еще раз.

- Конечно. - Крис сидел, сжимая в руках чашку, и никак не мог отойти. - Когда скажете, мистер Клеменс.

- Мэтт, прошу вас. - со значением поправил его полицейский. - всего хорошего, привет господину Марлоу.

Крис вошел в спальню, где Стэн, лежа на кровати, читал. На звук открывающейся двери он поднял голову и встревожено посмотрел на Харди. Тот плюхнулся рядом с ним на постель.

- Ну что? - Стэн отложил книгу, - что он тебе сказал?

- Что он мне только не сказал. - Харди слепо протянул руку к тумбочке, взял с нее пачку сигарет и закурил. - Чума, малыш, мы влипли. Этот парень отымел меня по полной программе.

- Рассказывай, - потребовал Стэн, садясь на постели.

Харди начал пересказывать. Начал он вполне серьезно, но постепенно его разобрала какая-то дикая неуместная веселость. Когда он дошел до вопроса про книжки, Стэн, уже всхлипывая от хохота, катался по одеялу. Он не мог не смеяться, хотя понимал, что это все совершенно не смешно, это страшно, но Харди так передразнивал полицейского, и давал такие комментарии своим ответам на каждый вопрос, что удержаться он не мог. Однако, когда дело дошло до сигареты, смех как ножом отрезало. Крис заметил его испуганный взгляд и погладил Стэна по плечу.

- Ничего, я даже не знаю, почему это произошло. Бред какой-то. Может он просто фокусник и решил меня попугать?

Стэн только головой покачал. Закончил Крис браслетом.

- Они его нашли. Как мы и говорили, тогда, с Джимми, помнишь? - сказал он спокойно. - Рядом с телом Генри. Руку даю на отсечение. Это какая-то подстава, Тэн.

- Да, - с отчаяньем проговорил Стэн, - подстава, но кто нас подставил?

- Кто угодно. - Крис мрачнел с каждой секундой, - Кто угодно, я бы заподозрил Генри, но он помер.

Марлоу посмотрел на него с ужасом, как будто вполне верил в тот факт, что Генри сам пустил в себя три пули, только бы им насолить.

- Давай подумаем, - настойчиво продолжил Стэн, кто мог сделать это все: забрать браслет, убить Генри, и главное, кто знал про нас с тобой и кому это было нужно.

- Ну, ребята сразу исключаются. Разве что Крошка тайно в тебя влюблен и решил посадить меня, чтобы тобой завладеть. - Стэн улыбнулся, а Крис продолжал - нет, не подходит, Крошка о себе слишком хорошего мнения, он бы просто стал тебя убеждать, что он гораздо лучше.

- Крис, не шути, серьезно.

- Так, ребята исключаются, Марта? Черт, ей тридцать шесть, у нее трое детей и отличный муж, я плачу ей столько, что она может позволить себе содержать их всех, чушь, она не тот человек. Айрон? Бобби? Ну ерунда же, сам понимаешь. Кто-то купил их, чтобы меня подставили? Зачем? Это же бред. Элис?

Стэн осторожно коснулся его плеча. Крис мгновенно повернулся, на губах у него была нехорошая улыбка.

- Да, - сказал он, - вот я тоже думаю, почему бы ей этого не сделать?

- Это слишком, Крис, даже для нее. - Стэн меньше всего хотелось обвинять в таких вещах возможно совершенно невиновного человека.

- Не знаю. Тебя она терпеть не может.

- Да. Она в тебя влюблена. - и тут Стэн не выдержал. Мучительно давясь каждым словом, он пересказал Крису все, что произошло тогда на балконе загородного дома, все вплоть до того, как он достал хирургический скальпель своего деда и пошел с ним в ванну. Крис слушал его, побледнев, он приподнялся на локте, дышащими темными зрачками вглядываясь в лицо Марлоу. Когда тот закончил, Крис вскочил.

- Я убью эту суку. - сказал он таким голосом, что Стэн понял, убьет и сам пойдет в полицию сознаваться.

- Крис, - Стэн встал и подошел к нему, - Крис, успокойся, все хорошо, все кончилось, не надо ничего делать. Не глупи, пожалуйста, я тебя прошу.

Харди сделал несколько глубоких вздохов, Стэн держал его за запястья и чувствовал, как у него дрожат руки.

- Во всяком случае, она у меня больше не работает. - голос у него звучал получше, и Стэн облегченно вздохнул.

- Нет, Крис, нет.

- Это еще почему? Эта сука довела тебя чуть не до смерти, а ты ее защищаешь? - моментально взвился Харди.

- Нет, я ее не защищаю. - Стэн сел на постель. - успокойся, не будь идиотом. Если это действительно сделала она, то лучше ее не выпускать из поля зрения, понимаешь? Ты ее уволишь, но от этого ничего не изменится, а так мы можем поймать ее на чем-нибудь.

- Ты прав. - Крис сел рядом на постель, и Стэн увидел, какое у него измученное лицо. Его друг был не просто усталым, он выглядел так, как будто держался на одном честном слове. Стэн, едва прикасаясь, погладил его по волосам.

- Все будет хорошо, - отчаянно соврал он, потому что не верил ни единому своему слову. - Все будет в порядке. Не совсем же они козлы. Они должны понять, что мы этого не делали.

Крис покивал. Прижал кончики пальцев к вискам и сообщил глухо:

- Голова болит. Писханул я здорово, вот что. Пойду таблетку съем.

Пока он возился на кухне, раздался сигнал от входной двери, извещающий, что кто-то пришел и Айрон его пустил как своего. Стэн пошел открыть. Когда дверь распахнулась, он застыл, как столб, ничего не понимая. Перед ним колыхалось море алого и оранжевого, цвета были такими чистыми и яркими, какими бывают только на закате. И голос Джимми смущенно произнес:

- Поздравляю, Тэн, с днем рождения.

Стэну пришлось принять в объятия огромную, еще мокрую, с каплями воды, дрожащими на лепестках, колючую и душистую охапку роз редкого сорта "Гибель Помпеи". Цветы были неправдоподобно огромными, каждый с два мужских кулака, алыми с оранжевой в желтый каймой по краям.

- Боже, Джимми, сколько их? - спросил Стэн ошеломленно, ему казалось, что роз штук сто, не меньше.

- Двадцать четыре, - ответил Грэмм, вешая куртку и глядясь в зеркало, этот неотъемлемый и от Криса жест очень смешил Стэна, музыканты словно постоянно проверяли, не произошло ли что-нибудь с их лицом и можно ли выйти на сцену. - тебе же двадцать четыре, да?

- Да, - ответил Стэн, прикидывая, куда бы их поставить.

Ваза нашлась, в нее влезло все, из кухни вышел Крис со стаканом сока и неодобрительно посмотрел на букет.

- Веник принес? - спросил он презрительно. - Тэн, он чокнутый, он и мне на двадцать пять цветы притащил, как будто я баба.

- А мне нравится, - твердо сказал Стэн. - Отличные цветы.

- У меня еще и подарок есть, - сообщил Джимми. В руке у него оказался довольно большой сверток, старательно завернутый в папиросную бумагу. Стэн начал его разворачивать, сзади подошел Крис и заглянул через плечо. В свертке оказалось одно из ранних изданий собрания гравюр Дюрера, которое Стэн пару раз видел в дорогих букинистических магазинах за стеклом.

- Нравится? - застенчиво спросил Джимми.

- Очень, спасибо. - Стэн блаженно улыбнулся, листая толстые странницы. Книга сама развернулась на гравюре "Четыре всадника Апокалипсиса", и Стэн замер, заворожено глядя на жуткие, охваченные нечеловеческим азартом лица тех, кто шли по земле, как стена огня, уничтожая все на своем пути. "Превыше всех царей земных" - подумал Стэн. И поднял глаза, чтобы никто не заметил его замешательства.

- Спасибо, Джимми.

- Да не за что. А этот тип тебе что подарил? Ящик динамита?

- Нет, сейчас покажу.

Стэн пошел за подарком, а когда вернулся, увидел, что Крис и Джимми что-то бурно обсуждают, причем у Криса глаза опять горят яростью. В его быстрой речи мелькнуло имя Элис.

Стэн подошел ближе.

- Нет, - говорил Джимми, - только не детективное агентство, ты спятил, нужен надежный человек.

- Ну не сами же мы будем это делать. - кипятился Крис, - Черт, я попрошу Микки, он найдет, кого нужно.

- Никаких Микки! - рявкнул Джимми, Стэн в первый раз в жизни услышал, как он повысил голос. - Он тебя продаст, как только что-то будет угрожать его драгоценной заднице. Я тебе говорю, нужен человек абсолютно верный.

- Айрон. - сказал Стэн, - ребята, он же служил в полиции.

Оба музыканта уставились на него с таким видом, как будто в первый раз увидели.

- Ты гений, Тэн, - тихо сказал Джимми. - Это отличная мысль. Если он согласиться, конечно.

С Айроном было решено поговорить завтра. Сегодня же было решено поехать в закрытый клуб, где к ним должны были присоединиться Пэтти, Арчи с женой и Золотой Ангел с тем, кого она захочет прихватить. Стэн подозревал, что это будет Дана. Он чувствовал себя очень счастливым. Даже чересчур. Иногда ему казалось, что он даже не представляет, какую страшную цену ему придется заплатить за это счастье. Даже к той цене, которую он уже заплатил.

Конрад увидел Хауэра за столиком в углу. В клубе "Черный Орел" не было почти никого, на маленькой эстраде, где выступали только известные музыканты, кто-то настраивал рояль, какой-то мужчина, похожий на президента банка, быстро ел поздний обед, клуб был хорош тем, что сюда ходили, как домой, правда, стоило это не мало. Хауэр заметил его и помахал рукой. Сейчас он уже совсем не походил на полицейского, на нем был дорогой костюм, сидевший так непринужденно, как сидят только пошитые на заказ вещи. Перед помощником Конрада стояла чашка кофе и лежала газета. Мел прошел между столиков и сел рядом. Моментально возникший официант осведомился, что угодно господину Конраду.

- Обед, - коротко ответил тот, даже не взглянув на меню. - На ваш вкус, только не рыбу.

- Вино?

- Коньяк.

Официант испарился так же бесшумно, как и возник.

- Ну что? - с живым любопытством спросил Хауэр. - Как он?

- Потрясающе. Просто потрясающе. Как он еще не спалил этот город. Ну, может Пернатый Змей и умирает, если не найдет своего Проводника, но этот бы забрал с собой всех, до кого смог дотянуться. Он просто монстр какой-то. Представляешь, Гор, - тут ему принесли суп и он принялся есть, не переставая рассказывать. - Он так подзавелся, что зажег мою сигарету. С ума сойти, еще пара вопросов, и тут бы горело пол города.

- Мел, будь осторожен, он не может это контролировать, ты это помни. - Хауэр озабочено сдвинул к переносице темные прямые брови, судя по всему, ажиотаж его давнего друга и напарника, его если не пугал, то настораживал.

- Пока не может, Гор, пока. - сказал Конрад наставительно, - нам и нужно, чтобы он осознал свою силу и научился ей пользоваться.

- Ладно, а как с остальным?

- Нормально. Врет, а что ему еще делать. Однако когда при нем произносят имя Марлоу, краснеет, как маков цвет, - расхохотался Конрад, разламывая жареного голубя с базиликом. - ничего, он уверен, что его обложили со всех сторон, мы их прижмем еще чуть-чуть. А потом опять отпустим.

- Боже, Мел, ты не забывай, что они живые, только не угробь никого. Второй раз я могу и не успеть. Вспомни себя. Ты тогда тоже чуть не спалил город.

- Это, когда ты уехал той ночью?

Хауэр усмехнулся. Очевидно, это воспоминание было тяжелым, но приятным.

- Ну да. Не забывай об этом.

- Не забуду, - и в глазах Конрада сверкнул такой яростный синий свет, что Хауэр только головой покачал. - ладно, ты видел Даймона?

- Да, видел. Он опять что-то готовит. Я не знаю что. Я не смог докопаться. Он стережется, страшное дело как. Нашел еще какого-то типа, вроде Звездочета, только хуже, много хуже. - Гордон Хауэр покачал головой и отпил уже остывшего кофе. - мне все это не нравится. Сегодня же у мальчишки день рождения.

- Ага. Знаешь, что Кецаль ему подарил?

- Ну?

- Крест Диего Эрреры. - произнес Конрад и вполне насладился произведенным эффектом. Хауэр весь напрягся и подался вперед.

- Где он его нашел? - спросил он свистящим шепотом.

- А хрен его знает. - пожал плечами Конрад. - Его Архивариус сколько искал? Лет сто?

- Сто пятьдесят. - механически ответил Хауэр.

- Во. А этот решил дружку подарок на день рождения сделать. С ума сойти можно.

Конрад все доел и теперь пил свой коньяк.

- Ну что, сходим на день рождения? Нас, правда, не приглашали.

- Да ладно, Мел, а когда нас куда приглашали.

Они оба рассмеялись...

Такого веселого дня рождения у Стэна еще не было. В самом начале их знакомства, когда Харди звал его на вечеринки, Стэн с содроганием представлял себе атмосферу низкопробного дебоша, или того хуже, омерзительного светского раута, где все друг друга терпеть не могут, но делают вид, что находятся в самых дружеских отношениях. Он думал, что скорее всего был прав, когда собираются тридцать-пятьдесят человек, ни о какой интимной атмосфере и речи не идет. Но на этом его дне рождения, как когда-то в юности, собрались только те люди, которых он хотел видеть.

Клуб "Антарес" был полон. На сцене играла группа "Дежа вю", грядущие звезды рок-небосклона, они пару раз играли на разогреве у "Ацтеков" и Крис с ребятами подошли поздороваться. Стэну нравилась музыка и было приятно, когда одну песню спели исключительно для него. Его даже не покоробило, что она называлась "Заложник" и была настолько откровенно про любовь, что вместе с поименованием адресата и отправителя это выглядело чересчур. Арчи всю дорогу травил анекдоты и отчаянно смешил публику. Шейла, беременность которой еще не была заметна, с удовольствием ела, все время уговаривала Стэна следовать ее примеру и рассказывала очень забавные вещи про своих двух сыновей, старшему из которых было четыре. "Я хочу девочку" - строго сказала она Стэну. - "Я уже обалдела от этих мужиков". Крошка Пэтти, подаривший Стэну плоский браслет из белого золота с гравировкой названия группы и именем самого Марлоу и страшно своей идеей гордившийся, усиленно соперничал с Арчи, попутно ухаживая за Даной, как понял Стэн исключительно для того чтобы подразнить Золотого Ангела. Джейн смотрела на Крошку весело, на лице ее было написано, что он ей не конкурент. Потом, к удивлению Стэна, Дана внезапно пригласила его танцевать. В ее зеленых глазах была такая робкая настойчивость, что он согласился. Крис, который в первый раз наблюдал подобную картину, погрозил ему пальцем.

Пока они танцевали, Дана очень осторожно, но с крайней заинтересованностью расспрашивала его о Крисе, потом внезапно сказала, и в ее чудных глазах цвета сосновых игл сверкнула стальная решимость:

- Какие вы все-таки молодцы. А я думала, что все мужики - трусы.

Стэн улыбнулся.

- Ну, к нам это не относится, в каждой газете написано, что мы с Крисом не мужчины, а импотенты и дегенераты.

- Я напишу про вас статью, - сказала Дана твердо, - я напишу про вас настоящую статью и я знаю, где ее напечатать. - и она глянула на Стэна с какой-то ужасно напомнившей ему Харди веселой яростью - Ничего, пусть подавятся. Скандал против скандала, так?

- Так, - согласился Стэн.

Крис танцевал с Шейлой и с Джейн, потом он вылез на сцену и, пошептавшись с Энди, солистом "Дежа", под бешеные аплодисменты и одобрительный свист сообщил, что они сейчас споют вместе. Джимми покачал головой и сказал, что не может бросить друга в беде, и тоже пошел. Ему ссудили гитару, и следующие сорок минут Стэн слушал, как они исполняют старые песни Элвиса с непередаваемыми интонациями абсолютно счастливых, довольных собой и сильно подвыпивших людей. "Он без этого не может, - шепнула Стэну на ухо Шейла, глядя на Харди и Грэмма с нежной любовью - Ему надо, чтобы все на него смотрели". Марлоу только рассмеялся.

Течение вечера нарушилось только одним неприятным эпизодом. Когда Крис и Джимми вернулись обратно, к столику внезапно подошла высокая красивая блондинка в блестящем обтягивающем черном платье. Стэн смутно подумал, что где-то видел ее лицо. Он увидел, что лица всех сидящих напряглись, Крошка Пэтти ругнулся сквозь зубы, а у Шейлы взгляд сделался таким, что мог бы заморозить Средиземное море в июле.

- Здравствуй, Крис, дорогой, - сказала она, глядя на Харди, глаза у нее были совершенно голубые, как язычки газового пламени.

- Здравствуй, Мер, - ответил Крис сквозь зубы, и тут Стэн вспомнил, где он ее видел, на фотографии, это была последняя жена Криса, о которой они за всеми событиями и думать забыли. Женщина оглянулась на сидящих за столом:

- Привет, Джимми, Арчи, Пэт, рада вас видеть. Как ты Шейла?

- Хорошо, спасибо, - ледяным голосом ответила жена басиста, от ее взгляда любой имеющий нервы человек давно убрался бы подальше. Но у Мерелин Харди, видимо, нервов не было.

- Как твои дела, Крис? - спросила она, глядя на бывшего мужа в упор. Крис прищурился, и Стэн отлично представил себе их семейную жизнь.

- Без тебя - отлично, дорогая.

- Ну-ну, а я хочу взглянуть на твою новую подружку. - и она со скоростью атакующей змеи повернулась к Стэну, - Это ты? Ну и как тебе с ним в постели?

Стэн не знал, что отвечать, он просто смотрел на разъяренную женщину и понимал, что дело тут не только в деньгах - она еще не остыла к его другу.

- Он был очень хорош, сначала. А в конце его хватало на десять секунд и все. Может я просто ему разонравилась? А, Крис? Твой дружок доволен тобой? Он даром под тебя ложиться? Или ты ему платишь за удовольствие? Никогда бы не подумала, что ты любитель мальчиков. Впрочем, он довольно смазливый, в этом ему не откажешь, сволочь же ты, Харди, мерзавец, - она уже задыхалась, - а ты, маленькая потаскушка, даже не надейся, он и тебя бросит, как всех бросал....

Она продолжала свою речь, Крис сидел, закинув ногу на ногу, и смотрел на нее с холодным презрением, однако Стэн чувствовал, как его друг наливается яростью, но положение внезапно спас Крошка Пэтти. Он встал, взял Мерелин под локоть, и начал ей что-то говорить на ухо, она вырывалась, продолжая брызгать слюной, но тут уже подоспел какой-то мужик в коже, очевидно, ее кавалер, они вдвоем с Пэтти повлекли ее подальше от основного источника раздражения.

- Не обращай внимания. - сказала Шейла, - она просто недотраханная истеричка.

Эта дикая характеристика почему-то повергла Марлоу в состояние бурного веселья, скоро смеялись уже все, а потом вернулся Крошка, утирая пот со лба и сообщил:

- Все в порядке. Надеюсь у этого парня хватит ума затыкать ей рот, всякий раз когда она его открывает, - он произнес это тоном опытного психиатра, и все опять захохотали.

Когда они вечером уже лежали в постели, Стэн сказал задумчиво:

- У меня в жизни не было такого дня рождения. Разве что в раннем детстве.

Крис усмехнулся. Он лежал на боку, подперев рукой голову и смотрел на Стэна, не отрываясь.

- А знаешь, что мне больше всего нравится? - спросил он.

- Что?

- То, что ты первый мой, ну как это сказать, в общем, первый, с кем у меня любовь и который нравится моим друзьям, а они нравятся ему.

- Да ну? - изумился Стэн.

- Ну да. Дениз, моя первая жена, мы с ней поженились, когда мне было восемнадцать, она моих друзей терпеть не могла, и все зудела, чтобы я пошел учиться, стал бухгалтером там, или еще кем. А когда мы с Джимми серьезно стали музыкой заниматься, она вообще чуть не спятила. Ну я до этого еще какие-то деньги приносил, а так вообще перестал. Мы разошлись тут же. А Эмбер, ну Эмбер была сумасшедшая.

Стэн, никогда не слышавшей о второй жене Харди, посмотрел на него с любопытством, взгляд Криса стал рассеянным, губы кривились в странной усмешке.

- Она была чокнутая. Абсолютно. Хуже, чем мы с тобой. Я с ней познакомился, когда мы только начали набирать обороты. Ну, знаешь, полный андегрунд, тусовки все такие, сильно завороченные, их Джимми просто обожал. Я-то теперь понимаю, что они все на меня как в зоопарк смотреть ходили, я был совсем не оттуда. Джимми - свой, а я черте что. Она сама ко мне подошла. У нее тоже была индейская кровь, я на это и клюнул. Она несла всякую хрень, о том, что я пророк, мессия и прочее, представляешь? А через две недели мы с ней поженились. Я ее вообще не любил. Ни капельки, я это только потом понял. Она просто заморочила мне голову своими разговорами о великой миссии и тому подобном. Я думал, что она ширяется, а она не только наркотики не употребляла, она не пила, не курила, и не ела мяса. Говорила, что это замутняет энергетические потоки. Кстати, - Крис замолчал на секунду, словно не знал, рассказывать ему дальше или нет. - Она все время мне твердила, что я не человек и не должен им прикидываться, чтобы я вел себя так, как мне свойственно. А я и так себя так вел. Знаешь, как она Джимми называла? "Твой апостол", - Крис усмехнулся, - она меня ко всем ревновала, к ребятам, к женщинам, ко всем. Она один раз меня поймала с одной девчонкой. Так она на нее накинулась, разодрала ей лицо в кровь, я еле ее оттащил. Это было последней каплей. Я просто ушел от нее в тот же день.

- А она?

- Совсем сдвинулась. Даже лежала в больнице. А сейчас, говорят, ничего, живет все там же, собирает у себя каких-то экстрасенсов. Я ей плачу деньги. Мне ее жалко.

Крис уже полчаса как спал, прижимаясь щекой к груди Марлоу, а Стэн все лежал, закинув руки за голову, и думал о женщине по имени Эмбер, которая пыталась охранять его друга, но не справилась с этим. И теперь ему уже казалось, что его судьба будет не во многом отличаться от ее.

Дневник Стэнфорда Марлоу.

3 ноября 2001

Странный подарок мне вручил Крис. Дело даже не в его цене и редкости, не в его необычности, а в том, что мне постоянно кажется, что эту вещь я знаю, я видел это распятие, эти знаки, я узнаю лицо Спасителя, откуда? Когда я взял его в руки я уже был уверен, что это не первое мое прикосновение к нему. Наверное, стоит проигнорировать все эти псевдовоспоминания из тьмы предбытия, если не другой гораздо более неприятный факт - то, что Крис сам не знает, кто ему сказал про мой день рожденья. Я не говорил ему, и это также верно, как то, что сегодня 3 ноября. Может быть, я когда сказал Джимми, а он передал эту информацию Крису. По всей видимости, так и было.

4 ноября 2001

Очная ставка с Хелен состоялась. Хайнц усадил нас друг напротив друга в своем кабинете. Хелен была явно настроена враждебно и старалась даже не смотреть на меня. Мне стало ее жаль. Она была влюблена в Генри, возможно, даже рассчитывала на него, когда я его покинул, и в результате все потеряла.

- Мисс Портер, - начал детектив, - не могли бы вы прояснить некоторые подробности годовой давности. Во-первых мне хотелось бы услышать от вас ваше собственное мнение о том, что вы имели возможность наблюдать в доме господина Шеффилда в тот период, когда там проживал господин Марлоу.

Хелен поправила прическу и мельком взглянула на меня, надо полагать, она была смущена.

- Не знаю, господин Хайнц, - ответила она, я многое могла бы порассказать, но стоит ли.

- Разумеется, мисс Портер, - урезонил ее Хайнц, - вы должны это сделать.

- Я много повидала, и больше всего меня удивляло, что господин Шеффилд называл при посторонних господина Марлоу своим племянником, хотя только слепой не поймет, что никакой он ему не племянник.

- Это было, господин Марлоу? - обратился ко мне детектив, и я нехотя кивнул.

- Чем вы можете объяснить такое поведение, мисс Портер? - продолжал он допрос.

- Да, что тут объяснять, ясно, что он хотел, чтобы ничего дурного не подумали. - пояснила Хелен.

- А что дурного могли подумать? - с удивлением поинтересовался Хайнц.

- Известно, что, господин Хайнц, но это вы лучше у самого господина Марлоу спросите.

Вопрошающий взгляд Хайнца обратился ко мне.

- Что вы можете сказать на это?

- Мне нечего сказать, - довольно резко ответил я, - я уже отвечал на этот вопрос.

Хайнц удовлетворенно улыбнулся и опять обратился к Хелен:

- Вы когда либо были свидетелем ссор или каких либо других проявлений негативных отношений между господином Шеффилдом и господином Марлоу.

- Как же не была, была, конечно, - с энтузиазмом воскликнула Хелен, - господин Марлоу себе так позволял с господином Шеффилдом разговаривать, что мне даже неудобно передать вам, а то еще и бросал в него, чем под руку попадет. - Она закрыла рот и сжала губы, не поднимая на меня глаз, а я смотрел на нее в полном недоумении, пытаясь понять, не могла ли она быть подсадной уткой Хайнца, которую он использовал, чтобы раскрутить меня на признание, зачем-то очень ему понадобившееся.

- Вы делали это? - спросил он меня.

- Мисс Портер преувеличивает, - ответил, я старясь говорить совершенно спокойно, - между нами возникали конфликты, но до рукоприкладства дело не доходило.

- Скажите, мисс Портер, каким образом господин Шеффилд расплачивался с господином Марлоу за работу, которую он для него выполнял, были ли это чеки или наличность или же какие-либо иные вещи?

- Не могу сказать, - искренне ответила Хелен, - он при мне этого никогда не делал.

- Чем вы можете объяснить, мисс Портер, ту достаточно крупную сумму, которая была обнаружена на счету господина Шеффилда? По вашему мнению, могли стоить его услуги так дорого, что за последний год на его счету появилась сумма в полтора миллиона долларов?

- Вот это да! - воскликнула Хелен в полном изумлении, - да я в первый раз об этом слышу. Конечно, господин Шеффилд был человек состоятельный, у него и дом, и деньги - все было, и давал он мне всегда не скупясь, но о такой сумме я и не помышляла.

- Господин Марлоу вы знали о существовании этих денег?

- Я не знал о размерах общей суммы, но у меня был один эпизод, когда мне пришлось задать себе вопрос, откуда у него на счету триста тысяч.

- Не могли бы вы поподробнее рассказать об этом.

- Извольте, - ответил я и изложил ему историю моей поездки к адвокату с карточкой Генри.

- Превосходно, - произнес Хайнц и, прищурившись, посмотрел на Хэлен.

- Не припомните ли вы обстоятельства, при которых господин Марлоу покинул дом господина Шеффилда, мисс Портер.

- Конечно, припомню, он еще в конце апреля как-то переменился, это господин Шеффилд мне сказал, стал исчезать куда-то, не возвращаться по два дня, а один раз я видела, как господин Марлоу выходил из далеко недешевой машины, на такой простой не ездит.

- Как вы объясните это господин Марлоу?

- Это была машина моего друга, он состоятельный человек.

- У вас были друзья в городе? - спросил Хайнц.

- Да у меня были друзья, о которых в доме господина Шеффилда ничего не подозревали.

- Мисс Портер, как отреагировал господин Шеффилд на уход господина Марлоу?

- Он обрадовался, - с искренней убежденностью сказала Хэлен, - господин Марлоу приехал за своими вещами, я их ему собрала и он уехал. А господин Шеффилд сказал мне: "Это к лучшему Хэлен, он мне только мешал в последнее время".

- Чем он мешал, мисс Портер, он не объяснил? - продолжал дотошный детектив.

- Нет, - ответила домработница, - но видно было, что он обрадовался.

- Что вы можете добавить к тому, что вы рассказали? - спросил Хайнц.

- Я бы могла много чего порассказать, но господин Марлоу все будет отрицать, - возразила Хэлен.

- Что именно? - настаивал полицейский.

- Господин Марлоу к господину Шеффилду дурно относился, хотя он о нем заботился и вправду как о родном, вы уж мне поверьте.

- В чем это выражалось?

- Как вам объяснить он к нему, как к сыну относился,, и мне велел за ним присматривать, а я уж выполняла все его распоряжения.

Хайнц с любопытством посмотрел на меня и налил нам обоим свой превосходный кофе.

Хэлен взяла чашку, и я заметил, что руки у нее дрожат, она явно хотела высказаться и сообщить еще кое-что, но не решалась сделать это в моем присутствии.

- Господин Марлоу приезжал впоследствии в дом господина Шеффилда?

- Я его больше не видела. - ответила Хэлен.

- Мисс Портер, - сказал наконец Хайнц, - благодарю вас, вы свободны.

- Я хочу сказать вам, что кто угодно мог это сделать с бедным господином Шеффилдом, но только не я, я же сама полицию вызвала, и я так переживала, когда его увидела в гостиной на ковре, что чуть с ума не сошла, вы мне верите? - она умоляюще посмотрела на Хайнца и прижала платок к губам.

- Все в порядке, мисс Портер, вы очень мне помогли, мы постараемся разобраться,

Хелен пробормотала что-то нечленораздельное и выскользнула из кабинета в слезах.

Хайнц предложил мне допить кофе, прежде чем вернуться к нашей беседе. Я последовал его совету. Кофе подействовало на меня позитивно.

- Не разъясните ли вы более подробно, господин Марлоу, какие именно друзья были у вас в городе?

- У меня было много друзей, - соврал я, не моргнув глазом.

- Меня интересует тот, кто привозил вас на машине, поразившей своей роскошью мисс Портер?

- Я могу не отвечать на этот вопрос?

- Это не в ваших интересах.

- Это был мой друг Крис Харди.

- Вы уже были знакомы с ним? - спросил Хайнц, явно готовясь основательно покопаться и в этой стороне моей жизни.

- Да, я был с ним знаком.

- Как вы познакомились с господином Харди? - мне показалось, что в его черных холодных глазах появился сладострастный блеск.

- Крис приехал по договоренности с Шеффилдом, он должен был составить ему гороскоп или предсказать будущее.

- Когда это происходило?

- Было 31 декабря, вечер.

- Так, так, - с удовольствием произнес Хайнц, потягивая кофе, - вы были представлены ему, он приехал один?

- Нет, его сопровождал господин Даншен, менеджер по развлечениям. А я выполнял свои обычные обязанности, по просьбе Шеффилда я должен был ассистировать ему во время сеанса.

- Вы справились с вашей задачей? - спросил Хайнц, собираясь видимо уже окончательно уклониться от основной темы и заставить меня говорить о том, к чему сам, похоже, он испытывает нездоровое любопытство.

- Я сделал все, что делал всегда.

- Господин Харди разговаривал с вами?

- Нет.

- Каким же образом состоялось ваше знакомство?

- Когда он уходил, он попросил меня предсказать ему будущее. Он дал мне кольцо, которое я потом передал ему вместе с запиской, где просил о встрече.

- С какой целью вы это сделали?

- Простите, господин Хайнц, - не выдержал я, - но по-моему это не имеет отношения к делу.

- Господин Марлоу, - вежливо, но довольно жестко ответил детектив, - это я решаю, что имеет отношение к делу, а что нет. Итак, что послужило причиной вашей попытки познакомиться господином Харди?

- Я знал, что ему потребуется моя помощь, что ему возможно будет угрожать опасность, я не знал, какая именно, я чувствовал, что должен был вмешаться.

- Какого рода опасность угрожала господину Харди?

- Я не могу сказать, это было мое субъективное предположение.

- Оно имело под собой какие-либо основания?

- Не думаю, фактов у меня нет.

- Ну что же, на сегодня достаточно, продолжим в следующий раз, всего доброго, - он поднялся с кресла и как и в первый раз направился к столу. Я посмотрел ему в спину и снова у меня возникло ощущение, что я когда-то встречал этого человека. Он вдруг обернулся и посмотрел на меня насмешливо недовольно:

- До встречи, господин Марлоу, вы свободны. Но постарайтесь не делать в ближайшее время ничего, что могло бы усугубить ваше и без того не слишком выгодное положение.

Я попрощался и вышел. После этой беседы я чувствовал себя так, словно кто-то случайно обнаружил и прочитал мой дневник, чего я боюсь и с чем не могу смириться с тех пор, как начал записывать все, что со мной происходит.

8 ноября 2001

С Крисом опять беседовал напарник Хайнца, наглый и дотошный. Когда мы поделились друг с другом впечатлением от этих допросов, мне показалось, что Крис как я не может понять, что они от нас хотят.

- Я не знаю какого черта, они к нам привязались, - заметил Крис, когда мы сели с ним ужинать, - но только, он мне сказал, что обвинение в убийстве с меня снято не будет, поскольку Элис свидетельствовала против меня.

- На каком основании? - спросил я его, глядя, как он рассеянно отрезает кусок за куском от рулета и кладет их в рот.

- На том, что она слышала как, я обещал прикончить Шеффилда, тогда в студии.

- Но это ничего не значит, Крис, - возразил я, - слова не могут быть использованы как улика.

- Это ты им скажи, они так не считают, угрожал, значит, сделал. - резко с раздражением ответил Харди.

- Подожди, но мы же в конце концов должны перестать так тупо им подчиняться, давай поговорим с адвокатом, все это должно быть урегулировано, нельзя позволять им манипулировать нами.

- Я говорил, я с Холливудом разговаривал, ни черта он мне не сказал, и никто не может сказать, пока все это тянется, а тут еще эта корпорация требует выплаты.

- Ты не передумал в JT ехать, выяснить, что это за махинация с контрактом, может они по хорошему скажут? - спросил я.

- Да, на завтра условленно, с нами Флан поедет и Герберт, и ребята, надо тряхнуть их как следует, - ответил Крис и налил себе вина в огромный бокал.

- Может, не будешь пить, лучше завтра на трезвую голову встать. - Осторожно заметил я.

- Да пошло все на фиг, - отозвался он, прикладываясь к бокалу, - ты тоже выпей, не повредит.

- Нет, я не хочу, - наотрез отказался я. Крис посмотрел на меня с неодобрением.

- Выпей, - настаивал он, - выпей, Тэн, я тебе говорю.

Он налил мне вина и протянул бокал с маниакальной настойчивостью. Я не стал с ним спорить. Выпил, сколько смог.

- Я пойду спать, Крис, - сказал я наконец, видя, что продолжения разговора ожидать бесполезно, а делить с ним его потребность в спиртном я не собирался. Он молча кивнул, и я ушел, оставив его в самом скверном расположении духа.

 

назад  продолжение